Светлана Ермакова (ermakova_s_i) wrote,
Светлана Ермакова
ermakova_s_i

ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР С СЫНОМ


Когда Иону исполнился 21 год, я взяла диктофон и поговорила с сыном о воспитании.
Получился огромный разговор, вот отрывок.

Светлана: Я тебя воспитывала по принципам, которые сейчас расскажу.

Первое. Родители обычно относятся к тринадцатилетнему человеку, как к десятилетнему, то есть запаздывают. Человек уже вырос, уже считает себя более взрослым, а у родителей требования к нему, как к десятилетнему, и это очень раздражает подростка, порождает конфликты и непонимание.

Так называемой трудный возраст случается не у детей, а у родителей, которые настолько отупели, что не могут понять — гораздо умнее относиться к тринадцатилетнему, как к шестнадцатилетнему.

То есть опережать подростка, относиться к нему с большим почтением. И с большим пониманием.

При этом не забывать, естественно, ребенок — существо многоплановое. В чем-то ему еще восемь лет, а в чем-то уже двадцать пять. Но все-таки какая-то средняя величина есть.

Ион: Согласен. Переживал на своей шкуре такое отношение. Очень часто мне приходилось говорить: "Ну что вы делаете, мне же еще тринадцать лет, в конце концов, как можно требовать такое от ребенка?".

Светлана: Но ты сейчас не можешь вспомнить, от чего так ужасно возмущался. А если бы к тебе относились как к десятилетнему, ты бы хорошо запомнил, потому что это детей забивает. Сверхопека, сверхнотации, сверхглупости всякие. Сверхопасения.

Ион: Нет, свободой своей не возмущался никогда, я только требованиями...

Светлана: Но я про свободу, ведь это определяющее в жизни человека. Понятие свободы.

Ион: В порядке свободы, безусловно, я чувствовал себя неплохо, но всегда огорчался от отсутствия собственности.

Светлана: До сих пор огорчаешься. Как впрочем, и я. Хотелось бы иметь личный телевизор... Ну ладно. Вот второй мой принцип воспитания. Старалась не поднимать за тебя тяжести, которые ты мог поднять сам.

Ион: В принципе, это правильно, если учесть, что ты вырабатывала мое отношение к женщине.

Светлана: Не только к женщине, не в прямом смысле тяжести, а вообще. От жизни тебя не загораживали. С тобой велись взрослые разговоры, безотносительно, подошел у тебя возраст или нет. Мы, кстати, стали рано о сексе говорить, как только ты сам захотел.

Ион: Но мне всегда стыдно было заводить такие разговоры, и до сих пор я не могу сказать плохого слова при вас. Матом ругать врагов.

Светлана: Потом, когда ты мог уже подметать в комнате, я за тебя не подметала. Никогда уборку в твоей комнате не делала?

Ион: Ты не делала никогда.

Светлана: Не делала, а могла только сгрести все, что там...

Ион: Нервно.

Светлана: Если мне бардак надоедал в какой-то момент. Но если б ты жил не с Лёней, а один, меня бы твоя грязь не волновала. Просто ее не было, этой комнаты, у тебя, к сожалению.

Дальше. Я тебе не стирала. Ты устроился — тебе стирали бабушки, но это их личное дело. А я уже считала ниже своего достоинства стирать штаны, которые может сам мальчик постирать. Наверняка ты возмущался. Или даже сейчас возмущаешься.

Ион: По крайней мере хорошо, что с очень раннего возраста я научился это ценить. Очень.

Светлана: Тебе не подавалось блюдо первое — второе — третье: "На вот, поешь, очень прошу". А если я тебе готовила, ты взамен должен был что-то сделать, соответствующую услугу. Если я потратила на тебя свое время, то почему бы тебе не потратить на меня?

Ион: Помнится, я это переносил неплохо. К деловой договоренности относился вполне лояльно.

Светлана: Представляю, как были потрясены таким отношением к еде твоим знакомые! Тебе никто не готовит, не подкармливает и более того, тебя еще никто не приглашает поесть.

Ион: Знакомые удивлялись, когда приходил к ним с голодными глазами.

Светлана: Надо меньше компьютеров покупать... А нравится ли тебе принцип: не делать за ребенка того, что он может сделать сам? Кажется банальным, но никто не внедряет в жизнь.

Ион: Как будущий отец, конечно... Меня этот принцип вполне устраивает. Так и надо, ведь ребенок, скотина, дохода никакого не приносит в семью, и нет никакой гарантии, что будет его приносить. В восемнадцать лет возьмет и уедет в Америку к такой-то матери. И всё.

Светлана: А как тебе нравится мое высказывание: все дети делятся на свиней неблагодарных и свиней благодарных? Ты относишься к свиньям благодарным? Согласен с этим?

Ион: А что я, собственно, сделал такого, чтобы считать меня благодарным? Во-первых, я отношусь к родителям, как мне подсказывает моя внутренняя природа. Во-вторых, я бы с удовольствием общался с вами больше, но прекрасно понимаю — у вас лимит времени, вы не всегда можете приехать или принять нас в гости.

Светлана: Потрясающая речь, редко можно услышать от человека двадцати одного года, что он хотел бы с родителями общаться больше.

Ион: Мы рано расстались, и теперь есть многие вещи, в которые я хотел бы тебя посвятить, в аспекты нашей жизни. Или тебя послушать. Видишь, вот сейчас мы беседуем, оказывается, ты мне еще очень многого не рассказала.

Светлана: Выяснилось — с нами интересно разговаривать. Это определяет ценность человека.

Ион: И не только потому, что вы разумные и интересные люди, но еще и потому, что вы родители.

Светлана: Еще пожрать дадут.

А когда у тебя прошло чувство, что родители — какие-то гнусные существа? Хотя на самом деле ты всегда с удовольствием разговаривал с нами сколько угодно. Но тем не менее такой период отторжения был?

Ион: Ты знаешь, исчезли негативные эмоции в адрес тебя и Леонида, когда у нас полностью разрешилась жилищная проблема. Я вырос, перестал считать вас какими-то должниками передо мной. Что вы должны меня кормить, обстирывать, одевать и так далее. Обеспечивать.

Светлана: В общем, когда убралась территория, на которой топчемся втроем. Поэтому я тебе сегодня и сказала: с удовольствием предложила бы построить вам дом у нас на задворках, но дала себе и Леониду клятву всегда жить только вдвоем в доме и во дворе.

Ион: К этому я отношусь с пониманием.

Светлана: С пониманием, потому что сам бы так сделал?

Ион: Быть может, мы купим машину когда-нибудь и будем без труда видеться по необходимости, по желанию, приезжать в гости.

Светлана: Теперь самый главный вопрос. Ну, не главный, но кодовый, который часто задаю людям. Должен ли ты мне? Ну Леониду, скажем, понятно, не должен.
----------------------

(весь разговор - в нашей книге "Как не орать. Опыт спокойного воспитания-1")
Все наши книги и методики: http://shedevriki.ru/index.php…

на фото Иону 22 года:

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments